Yearly archives: 2010

Предтеча из Лондона. 2

Предтеча в узилище.

Французы строили относительно испанских владений смелые планы, которым не суждено было осуществиться. Миранда сдружился во Франции с жирондистами, вошедшими в очередное революционное правительство. Ему с ходу дали генеральский чин, но из замысла послать его в Санто-Доминго ничего не вышло. Вместо Карибика Миранда очутился во главе французской армии на бельгийской границе. Он воевал не самым удачным образом. Сначала взял Антверпен, потом не смог взять Маастрихт, наконец, был разбит австрийцами при Неервиндене.

Его вызвали в Париж для дачи объяснений и арестовали. Трибунал, перед которым предстал Миранда, полностью оправдал его. 16 мая 1793 г. судебное заседание закончилось тем, что обвиняемому водрузили на голову лавровый венок и, скандирyя  «Да здравствует Миранда, да здравствует республика!» вынесли его на руках из зала суда. Но это было время , когда у власти находились его друзья-жирондисты.



Предтеча из Лондона. 1

Плох тот мессия, которому не предшествует предтеча. Как мессия южноамериканской революции, Симон Боливар был самим совершенством. И предтеча у него был великолепный. 20 августа 1785 года лондонская газета «Политикл геральд» писала:

«Нам доподлинно известно, что в Лондоне находится в данный момент важный испано-американец, пользующийся доверием своих сограждан, который намерен завоевать себе славу освободителя родной страны. Это человек возвышенных идей и глубоких знаний, владеющий древними и современными языками, начитанный и имеющий большой жизненный опыт (…) Этот джентльмен, после того как он объехал все провинции Северной Америки, прибыл в Англию, которую он считает родиной свободы и школой политических наук (…) Мы преклоняемся перед его талантами, уважаем его достоинства и дружески желаем ему успеха в самом благородном деле, которому только может посвятить себя человек, — облагодетельствовать миллионы своих соотечественников даром свободы.»

Звали джентльмена, посвятившего себя облагодетельствованию миллионов соотечественников, Франсиско де Миранда.



Hа нас смотрят cорок веков, в которые договорились поверить

Свершилось. Словаки обрели короля. 6 июня сего года на Братиславском Граде был открыт восьмиметровый памятник Святополку, которого премьер-министр Роберт Фицо назвал «королём словаков». Словацкие историки хватаются за голову, чешские комментаторы не пытаются скрыть иронии. Но президент и другие видные деятели поддерживают премьерa. Памятные доски в честь вновь обнаруженного короля устанавливаются по всей стране. Правительство уже несколько лет разрабатывает новую концепцию национальной истории, и учебники с рассказами о Словацком королевстве, как я слышал,  готовы к выходу в свет.

Очевидно, что число древних и славных королей во всемирной истории растёт пропорционально успехам государственного строительства. Зияющую пустоту африканской истории заполнил своим ослепительным величием король Мали Манса Муса (XIV  век).  Cеверные корейцы с чучхеистской прямотой обнаружили гробницу короля Тангуна, которого одна медведица родила от Повелителя Неба в ХХХ веке до н.э. Святополк помоложе Тангуна, но постарше Мусы — IX столетие.

Очевидно и то, что одновременно идёт другой процесс. Культурнейшие народы мира легко и непринуждённо делают посмешище из ключевых артефактов своей и чужой истории. То французы сообщат миру, что останки Жанны д’Арк оказались египетской мумией http://zhelezyaka.com/news.php?id=1301. То итальянцы обнародуют результаты экспертизы, согласно которым Капитолийская волчица создана не в V веке до Р.Х., а в XIII веке н.э.  http://www.kultura.az/articles.php?item_id=20080710110530129&sec_id=11. То швейцарцы придут к выводу, что бюст Нефертити был изготовлен в 1912 г. http://lenta.ru/news/2009/05/05/nefertiti/

Казалось бы, процессы эти противоположны, если не сказать взаимоисключающи. Я давно хотел поговорить о том, что же, собственно, происходит с исторической наукой. Словацкие братья дали мне чудесный повод сделать это прямо сейчас.