Monthly archives: Июнь, 2017

Ягодкин и Машеров – последние советские чиновники-сталинисты

Брежнев, придя к власти, взял курс на окончательное забвение сталинского наследства. Последние яркие проявления «реакционеров» — это разгон Ягодкиным «бульдозерной выставки» в 1974-м и антисемитская деятельность Бегуна и Кочетова под крылом белорусского секретаря Машерова. В итоге гонитель Ягодкин был снят со всех постов, а Машеров погиб в 1980-м в автоаварии.

Даже в культурной среде бытует мнение, что Брежнев остановил десталинизацию системы, начатую Хрущёвым. Напротив, Леонид Ильич поставил жирный крест на сталинском наследии, вычистив из Системы всех, кто хоть в малейшей степени симпатизировал Сталину.



Инструкция по чтению новостей

Писать новости — это целое искусство. С помощью целого арсенала приемов — умолчаний, произвольной интерпретации фактов и т.п. — можно, даже не прибегая к явной лжи, превратить упадок в бурное поступательное развитие и наоборот.

Это важно помнить и тогда, когда читаешь современную прессу, и тогда, когда работаешь с газетами давно минувших дней. Кстати, чтение прессы прошлого очень хорошо помогает выявлять манипуляции в современной прессе — основные приемы усовершенствованы, но принципиально не изменились.

Еще лучше этому учишься, когда видел эту «кухню» изнутри. У меня в свое время была такая возможность, поэтому приведу несколько примеров из жизни.



Как справляться с избытком информации?

Уже давно стал общим местом тезис о том, что одна из основных проблем современного мира — не дефицит, а избыток информации. Потоки информации, хлещущей со всех сторон и практически никак не структурированной, лишают многих способности ориентироваться в происходящем, отличать главное от второстепенного, анализировать и делать выводы. Информации просто слишком много для того, чтобы успеть ее качественно обработать.

К тому же значительная часть информации либо просто недостоверна, либо достоверна не вполне. Вырванные из контекста цифры и факты, обрезанные цитаты, попросту выдуманные обстоятельства — всего этого хватает с избытком. Разобраться, где правда, где полуправда, а где ложь, бывает очень непросто.

Кроме того, по любому более или менее актуальному вопросу есть, как правило, два и больше мнений. Причем часто с обширными обоснованиями, кучей фактов (корректных или не очень — сразу не поймешь). Является Китай для нас угрозой или нет? За счет кого и чего растет рождаемость в России и растет ли она вообще? Таким вопросам нет числа. Чтобы разобраться во всем этом, надо становиться экспертом по данной проблеме. Но экспертом сразу во всем не станешь. Кроме того, отвлечение ресурсов на стороннюю тему идет во вред основной работе.

Мне известны несколько основных вариантов реагирования на данную ситуацию:



Информационный шум

Американский философ и медиааналитик Аллен де Боттон исследует, как меняются новости и как новости меняют людей.

— Сегодня впервые в истории человечества мы получаем информацию о событиях, отдалённых от нашей жизни. В прошлые периоды истории вообще не было нужды в такой информации, поскольку эти события не имели для человека никакого значения. Мы получаем информацию, с которой нам нечего делать.

— Мы получаем незаконченные истории, которые всё время дополняются, и так до бесконечности, что создает информационный поток, а не просто отдельное сообщение.

— Если вы хотите, чтобы люди подчинялись власти, не давайте им новостей вообще, или давайте им их так много, чтобы они утонули в них. Тогда ничего никогда не будет меняться.

— Есть вещи, которые действуют на население посильнее цензуры. Это противоречивость, отвлечение внимания, скука. Всё это не дает возможности долгое время удерживать внимание на событии. Современным диктаторам не надо запрещать новости. Лучше давать их в большом количестве, но без объяснения контекста, давать в рамках меняющейся повестки дня, но без понимания релевантности данной проблемы. В результате люди не смогут адекватно понимать политическую реальность.

(Отсюда)



Разлом

Война с Исламским государством, судя по всему, закончится для региона катастрофой, причем даже неясно, что вызовет меньше негативных последствий — ликвидация ИГ или все-таки его признание в качестве субъекта. Последнее, конечно, из разряда фантастики, но ликвидация территории под контролем Халифата уже сейчас очевидно создает принципиально иную, чем до войны, ситуацию.

Проблема в том, что основные участники войны — Сирия и Ирак — по ее результатам прекращают свое существование. Сирия — по факту, Ирак — чуть более цивилизовано.

25 сентября курды Ирака проводят референдум о независимости. Речь идет уже о полноценной независимости и объявлении нового субъекта международных отношений. Никакой автономии, ассоциации или иных форм символического участия в виде части государства Ирак. Естественно, что Турция, Иран, Ирак категорически против, Сирия — тоже, но так как Сирии по факту не существует, то ее мнение никого не интересует. При этом инициатор референдума — Махмуд Барзани — сумел преодолеть курдскую традицию разногласий между разными курдскими партиями по любому вопросу. Референдум поддерживают все курды Ирака, а поэтому ни малейших сомнений в его итогах нет ни у кого.