«Пассажиры» и три основных вопроса

Devol пишет у себя в журнале. Посмотрел фильм «Пассажиры» (Passengers) — это такая вот мелодрама в космических декорациях, в целом неплохая, но с неизменным хеппи-эндом, чудесными спасениями и т.п. скучными вещами. По просмотру актуализировались три старых, сказал бы так, основных вопроса, когда каждый раз сталкиваешься на киноэкране с вечностью. А такое происходит, если смотреть шедевральные полотна навроде «Гравитации» Куарона (пусть даже с кучей технических ляпов), либо… если встречаешь «проблему» искусственного интеллекта. Понимаю, что кинематограф крайне плоский инструмент, но зато наиболее доходчивый до мозга сапиенсов. И этим инструментом уже активно пользуются.

1. Космос. Мы привыкли считать, что живем в космическую эпоху, что наши (и не только наши) корабли бороздят просторы Вселенной (ну, в рамках Солнечной системы, да), что СССР первый был в космосе и так далее. Но в реальности все не так. Если подобрать самую оптимальную аналогию, то наша цивилизация сидит на берегу мелкой лужицы мелкой бухточки и чешет затылок на предмет доплыть до островка, который находится где-то в бухте. Проще говоря, наш теоретический предел — это каботажное плавание в рамках этой бухты (практический — см. выше, мелкая лужица). Понятно, что ни о каких плаваниях за моря тут речи и не идет.

Почему же так категорично? Что такое космос, давайте посмотрим.

Если исходить из общедоступной информации (сразу оговорюсь, я не физик или астрофизик, у меня есть багаж знаний из средней советской школы по физике и астрономии + что-то почерпнутое уже потом, так что я не профильный специалист), то верхней границей атмосферы Земли считают несколько высот.

Старая официальная граница космоса и атмосферы по США — 80 километров над уровнем моря Земли;
Т.н. линия Кармана — 100 километров над уровнем моря Земли;
Современная граница NASA — 118-122 километров над уровнем моря;
Граница начала сгорания быстрых метеоритов и болидов — 135 километров;
Нижняя граница более-менее стабильных НОО (низких околоземных орбит) — 160 километров (максимальная — до 2000 километров);
Слой Эплтона (ионосфера) — 320 километров над уровнем моря.

Сверху все это на удалении примерно 500 километров от уровня моря (его максимальная нижняя граница уходит за 1300, а высшая граница доходит до 4000 километров над землей) прикрыто «первым радиационным щитом» — первым (внутренним)  поясом Ван-Аллена. Второй пояс Ван-Аллена начинается на высоте от 17 тысяч километров от уровня моря Земли.

Эти радиационные «пояса» Земли были открыты еще в 50-е годы прошлого века, но лишь в 2012 году (!) NASA отправило два зонда для исследования этих областей — Radiation Belt Storm Probes. То есть, уровень представления «земной» науки о них вплоть до недавнего времени был очень и очень приблизительный. Как я понял, большинство астрофизиков согласны с тем, что долгое пребывание человека (тут вопрос в том — что такое «долгое», где-то от нескольких часов и т.п.) в этих областях крайне опасно для здоровья. Но повторюсь — точных практических исследований на эту тему пока нет по объективным причинам. Едем далее:

35 786 километров от уровня моря — геостационарная орбита;

90-100 тысяч километров от уровня моря Земли — верхняя граница геокороны нашей планеты, ее экзосферы. Она и принимает на себя первой удар заряженных частиц от Солнца и в случае мощных выбросов «сжимается» до 60 тысяч километров от уровня моря Земли.

Таким образом, наша Земля и наша цивилизация от космоса прикрыты гигантской системой из нескольких «щитов» (ну, если упростить дело), занимающих пространство несколько десятков тысяч километров. Поэтому правильнее и логичнее называть «космос» на высотах от 80-100 до 500-1300 километров (до первого радиационного пояса Ван Аллена) околоземным пространством. Это не открытый космос. Это как если сравнить тихий аквариум и бурную реку — и там, и там вода, но среда принципиально разная. Теперь актуальные вопросы.

Что происходит за пределами магнитосферы Земли и ее защитных поясов? Насколько опасно излучение Солнца для людей в открытом космосе? Что им делать в случае мощного выброса частиц с нашей звезды?

На Земле нас страхует огромная «подушка безопасности», а тем, кто, например, полетит к Марсу, что изволите делать? В свинцовую фольгу заворачиваться? Кстати, этот вопрос очень актуален и вся пропаганда, дующая в дуду «полета к Марсу» (ранее США в 2002-2011 годах продвигали полет к Луне в рамках программы «Созвездие»/Constellation, но затем «сменили штаны») тщательно его обходит, отделываясь «общими» ответами. Мол, не бздим, бом-бом, смотри фильм «Марсианин» Ридли Скотта с отважным Мэтом Деймоном в главной роли. Там усi вiдповiдi.

Теперь, как далеко летает человечество. В 1944 году немцы запустили ракету V-2 (Vergeltungswaffe) на высоту 188 километров. В 1957 году СССР забросил 80-килограммовый спутник №1 на эллиптическую орбиту с показателям перигея и апогея около 215-900 километров (я не учитываю тут точно апогей и перигей, чтобы не заморачиваться) над уровнем моря. Апогей траектории полета Юрия Гагарина в 1961 году составил около 300-320 километров над уровнем моря. Эллиптическая орбита современной МКС таже находится ниже уровня нижней границы первого пояса Ван Аллена — ее апогей около 400-420 километров.

Если не принимать в рассмотрение полеты США на Луну, наша «белковая космонавтика» десятилетиями не является даже космонавтикой как таковой, а представлена лишь блужданием по самым низким околоземным орбитам под прикрытием всей радиационной защиты планеты. Фактически, наша цивилизация десятилетиями плещется даже не в мелкой бухточке, а просто в лужице, которая соединена с мелководьем бухты. Это чтобы правильно понимать свое место.

Искусственные спутники, безусловно, запускаются на геостационарные орбиты и высокие околоземные орбиты ( до 40-50 и 100-120 тысяч километров в апогее эллиптических орбит). При этом некоторые «спутники» становятся уже полноценными межпланетными аппаратами — например, запущенная в 1997 году NASA лаборатория по исследованию Солнца Advanced Composition Explorer (ACE). Апогей ее эллиптической орбиты достигает 1,25 миллиона километров (!), а перигей — около 180 километров (срок обращения — порядка 2 месяцев). Естественно, межпланетные аппараты полноценно «работают» и живут в условиях настоящего уже космоса. Многие — годами и даже десятилетиями.

Поэтому практически единственной «космической» державой являются США, способные создавать такие межпланетные аппараты, которые могут выдерживать открытый космос и работать в нем. Успехи Европейского космического агентства (несмотря на круглый бюджет в 3-4 миллиарда евро каждый год), мягко говоря, скромные. Еще что-то пытаются сделать Япония и Китай.

Возникает один очень неприятный вопрос: пригоден ли сапиенс вообще для каких-то более-менее долговременных путешествий именно в космосе (а не в околоземном пространстве)? Однозначного ответа на этот вопрос пока нет. Но многие исследователи весьма и весьма осторожны, а некоторые прямо говорят — что нет (и дело не только в радиации — там букет проблем). Если это так, то тогда вполне понятна и оправдана стратегия тех же США и рекламщиков американских компаний, которые свернули к 2012 году программу относительно простого полета к Луне (ну, летали же, что сложно повторить?) и затеяли программу… полета к Марсу, для которой до сих пор, например, у США нет ракеты-носителя сверхтяжелого класса (в 60-70-е годы они подобные ракеты семейства «Сатурн» производили серийно, кстати). Я так понимаю, дата NASA для полета на Марс установлена сейчас где-то на 2030-х годах, и будет затем логичным образом сдвигаться. А потом ее просто похерят, заменив реальность очередными «Марсианиными». Никто и не заметит.

 

2. Искусственный разум. В фильме «Пассажиры» (я не обсуждаю сам фильм предметно, ничего там особенного нет, игра актеров так себе) несмотря на всю мелодраматичность сюжета, искусственный интеллект обойден с грацией бегемота. С одной стороны, фигурки людей на фоне гигантского корабля, несущегося сквозь космос и обладающего мощнейшей энергетической установкой и защитой выглядят… как-то по-тараканьи. Даже не по-муравьному. Ну что может сделать человечек в недрах этого корабля? Что он может отремонтировать своими хилыми лапками и своим медленным, тугим, страдающим от десятков комплексов, желаний и инстинктов (пожрать-посрать-потрахаться-развлечься) разумом? Да ничего. Поэтому сцены «ремонта» там смешны, конечно. Такой корабль должны ремонтировать автоматические системы, на крайний случай, серьезные роботы. Но роботов этих нет (если не считать комичных уборщиков, голос в обсерватории и бармена)!

Тем самым выпущен из внимания важный структурный элемент. Если цивилизация достигла уровня создания таких кораблей и такой «энергетики», зачем ей вообще белковый отстой? Ну, понимаете, о чем я? И этот вопрос усиливается по мере просмотра фильма. То есть, большинство зрителей, ясное дело, даже не врубится в это, но что-то в подсознание макакам  ляжет обязательно. Мне кажется, людям крайне опасно показывать такие картины с намеком на «настоящий» космос. Все должно быть как-то на уровне «Миссии Серенити», «Стражей Галактики», идиотских «Звездных войн», «Звездного десанта» и т.п. белиберды. А тут и «Гравитация», и «Пассажиры», и «Марсианин»…

Если о месте человека в космосе пока никто не задумывается всерьез и в кино этот момент находится примерно на том же уровне, что и в эпоху первых «Звездных войн», то с искусственным интеллектом заметен большой прогресс. От придури «роботы нас победят» и «борьбы с матрицей» сапиенсы постепенно доходят своим куцым мозгом до осознания, что искусственный интеллект — это банальная стадиальность развития человечества. Безусловно, переход идет медленно, авторы плещутся в лужицах поросячего самолюбования своими атавизмами (а у нас чуйства! а у нас лубофф! а у нас… как будто это нужно для развития цивилизации и как будто это конкурентные преимущества, ага), но кое-что уже есть.

Например, уже понятна мысль, что искусственный разум уделает «белковый» на раз, сразу и по всем параметрам (пресловутые чуйства и даже «лубофф» он может вполне имитировать, вспомним отличный фильм Ex-Machina). Никакой борьбы и не будет, как и не будет плоских «злых гениев», желающих поставить ИИ себе на службу (натужно-дурашливые фильмы вроде Transcendence). Какие же выводы?

Отказаться от искусственного разума? Запретить его? Придумать средства контроля? Или наоборот, попытаться вступить с ним в симбиоз и взять самый вкусный банан с верхушки дерева эволюции и прогресса?

 

3. Кто мы, что мы и для чего мы?

В запутанном первом сезоне сериала Westworld очень неплохо был продемонстрирован один момент — далеко не самый важный и не самый актуальный для сериала, наверное, но очень и очень показательный для понимания взаимодействия «белка» и «калькуллятора». Ведь выяснилось, что человек может быть вполне нечеловеком, а «нечеловек» может резко повысить свои скиллы — навроде героини Тенди Ньютон — и уйти в отрыв, говоря языком конспирологов (попытавшись туда уйти). В чем же разница между нами — мясными сапиенсами с белковыми и слабенькими «компьютерами» и ними? Ведь мы тогда получаемся теми же самыми андроидами, но только биологическими, отягощенными кучей инстинктов и «багажа» зверушачьих «исходников», да еще с ослабленным интеллектом.

В чем тогда «замысел Творца» (условно говоря), если вернуться к вечной Теме? Мы должны создать нас самих, но более умных, более живучих, независимых от потребления простейших ресурсов, способных перемещаться в пространствах. Ведь кто сказал, что интеллект — главное наше оружие и наша особенность, присущ только «белкам», а не небелковым формам?

Если все это так, то как будет происходить операция «изменение»? В «книгах» говорилось, что «Автор» делал принудительные перезагрузки нашей системы, посылая, например, Великий Потоп. Но наивно думать, что это повторится. Например, можно проредить ненужных полуразумных макак посредством какой-нибудь эпидемии. В последние 10-15 лет в том же кинематографе тематика «зараженных», зомби и т.п. контингента стала совсем неприличным мейнстримом. Интересного в этом мало, но… люди смотрят. В том числе, и как канализацию агрессии (показывать фильм, как люди протыкают друг другу черепа не совсем хорошо, а вот на зомби отрываются все, кому не лень — «они уже не люди»).

Но это все лирика. Важный вопрос: есть ли на Земле уже первые полуандроиды-полулюди (хотя бы так)? И в какой стадии находятся работы по ИИ?

Нести в массы: